Бисексуальный паттерн сексуального возбуждения у мужчин

С. Ю. Мазур

психолог-консультант,

кандидат философских наук,

Москва

Бисексуальный паттерн сексуального возбуждения у мужчин[1]

За последние два-три десятилетия бисексуальность прочно вошла в классификацию сексуальных ориентаций. Так, «Энциклопедия пола и гендера» (Encyclopedia of sex and gender, 2007) [15] в статье «Сексуальная ориентация» указывает четыре разновидности сексуальной ориентации: гетеро-, гомо-, би- и асексуальность [17, 1362]. Эта классификация далеко не бесспорна хотя бы уже потому, что само понятие сексуальной ориентации, как признает «Энциклопедия пола и гендера», крайне неопределенно [ibid]. Тем не менее понятие сексуальной ориентации остается базовым конструктом сексологического исследования [13, 156], а указанная тетрарная классификация в настоящее время стала общим местом в сексологической литературе.

Из названных выше четырех разновидностей сексуальной ориентации наибольшие споры вызывает бисексуальность.

С одной стороны, после длительной полемики [1; 8], длившейся несколько десятилетий, существование бисексуальной ориентации и идентичности в полной мере признано – в некоторых странах они легитимизированы, по крайней мере фигурируют в законодательных актах, касающихся прав человека [24, 150–151]. С другой стороны, в сексологии и смежных дисциплинах по-прежнему идут споры как относительно места бисексуальности среди других ориентаций, так и ее специфических особенностей. В этой связи показательны противоречия в «Энциклопедии пола и гендера» [15]. В статье «Сексуальная ориентация» [17] бисексуальная ориентация занимает место наряду с тремя другими; между тем статья «Бисексуальность» [2] в той же энциклопедии определяет бисексуальность как идентичность, но не как ориентацию. Бисексуальность как ориентация в этой статье упоминается только один раз, причем в кавычках и как синоним бисексуальной идентичности [2, 156].

Сложности с квалификацией бисексуальной ориентации связаны с тем, что она, как правило, оказывается неуловимой, ускользающей от любой попытки определения. Поэтому специфику бисексуальной ориентации усматривают нередко в ее «флюидности» [18; 19].

Долгое время бисексуальность рассматривалась в сексологии как «комбинация гетеро- и гомосексуальности, поэтому ее собственное своеобразие не исследовалось» [5, 97]. Были распространены два подхода к бисексуальным людям: «либо полностью исключать их из рассмотрения, либо объединять с моносексуальными субъектами» [4, 59]. «Даже легкое предпочтение одних другим [мужчин женщинам, и наоборот. – С. М.] воспринималось как ‘свидетельство’ того, что ‘реальная’ ориентация может быть либо гомо-, либо гетеросексуальной» [9, 115].

В силу указанных сложностей и противоречий в определении бисексуальности как ориентации исследователи не прекращают попыток найти объективный способ ее измерения.

Сексуальная ориентация описывается обычно через сексуальное желание (desire), специфику сексуальных фантазий, направленность влечения (attraction) и возбуждение (arousal). «Из них только последнее может быть измерено непосредственно и независимо от самоотчета (self-report)» [3, 44]. Поэтому в поисках объективных характеристик бисексуальной ориентации мужчин (вопрос о женской бисексуальности мы здесь не рассматриваем) внимание сексологов сосредоточено на измерении генитального возбуждения. Джон Майкл Бейли, один из лидеров современной сексологии, много занимающийся теорией сексуальной ориентации и ее эмпирическими исследованиями, выдвинул гипотезу, согласно которой у мужчин (в отличие от женщин) сексуальная ориентация эквивалентна паттерну сексуального возбуждения [3, 43; 4, 54–56].

Собственно говоря, не только эту гипотезу Бейли, но и способ ее доказательства нельзя считать чем-то принципиально новым. Еще в 1963 году Курт Фройнд продемонстрировал, используя метод пенильной плетизмографии, что у гомосексуальных мужчин генитальное возбуждение при предъявлении им стимульного материала эротического содержания с изображением мужчин (мужские сексуальные стимулы) значительно выше, чем при предъявлении стимульного материала с изображением женщин (женские сексуальные стимулы); гетеросексуальные мужчины демонстрируют при этом обратную тенденцию [10]. Соответственно, такого рода измерения могут быть, по Фройнду, надежным способом идентификации сексуальной ориентации.

Фройнд исследовал не только гетеро- и гомосексуальных, но и бисексуальных мужчин. В статье 1974 года «Мужская гомосексуальность: анализ паттерна» [11] он сообщил, что, «занимаясь измерением генитального возбуждения у сотен мужчин, не обнаружил убедительных свидетельств существования бисексуальных паттернов сексуального возбуждения» (цит. по: 16, 579]. Исследования других сексологов, проводившиеся в 1970–1990-х годах, также показывали, что паттерны сексуального возбуждения у бисексуальных мужчин не отличаются от паттернов мужчин-гомосексуалов. Таким образом, до начала 2000-х эмпирические исследования подтверждали, что «подлинной» бисексуальности у мужчин не существует. Факт того, что бисексуальное поведение среди мужчин широко распространено, после масштабного исследования Алфреда Кинзи [14] никем не оспаривался и бисексуальное поведение мужчин было тщательно изучено, однако предполагалось, что мотивы, лежащие в основе бисексуального поведения, следует искать не в собственно сексуальной сфере, а в социальной.

Первое из исследований [16], осуществленных под руководством Бейли, было опубликовано в 2005 году в журнале «Psychological Science» (APS). Поскольку мужчины, идентифицировавшие себя как бисексуалы, заявляли о высоком уровне влечения к обоим полам и сексуальном возбуждении по отношению к тому и другому полу, была поставлена задача сопоставить субъективные данные с объективными. Для исследования были приглашены мужчины с гетеро-, гомо- и бисексуальной идентичностью. Измерялось генитальное возбуждение в сопоставлении с самоотчетом о сексуальном возбуждении при предъявлении испытуемым мужского и женского стимульного материала. Выборка составила около ста человек, каждая ориентация (идентичность) была представлена приблизительно в равной пропорции. Сексуальная ориентация оценивалась в соответствии со шкалой Кинзи [14]. Участники исследования смотрели клип нейтрального содержания, а затем четыре двухминутных порноклипа. В двух клипах двое мужчин занимались сексом друг с другом, в двух других клипах сексом друг с другом занимались две женщины. Генитальное возбуждение измерялось методом пенильной плетизмографии. О своих субъективных переживаниях испытуемые давали знать, наклоняясь вперед, когда ощущали увеличение возбуждения, и отклоняясь назад, когда возбуждение уменьшалось.

Эксперимент показал, что мужчины, сообщавшие о своих бисексуальных переживаниях, не продемонстрировали отчетливого паттерна бисексуального возбуждения. Как моносексуальные (гетеро- и гомо-), так и бисексуальные мужчины во время исследования показывали предпочтение либо того, либо другого пола, что соответствовало результатам предшествующих экспериментов. Однако Бейли выявил и нечто новое: на любые сексуальные стимулы, независимо от сексуальных предпочтений и идентичности, испытуемые реагировали в большей степени, чем на нейтральные. Между тем в предшествующих исследованиях результаты были иными: отклик на менее предпочитаемый стимул (например, реакция на женское изображение у гомосексуала) был в среднем таким же, как на нейтральный стимул. Из этого Бейли сделал вывод, что «у большинства мужчин имеется в некоторой (небольшой) степени бисексуальный паттерн сексуального возбуждения» [16, 582].

Исследование Бейли показало значительное несоответствие между объективными данными и субъективным переживанием сексуального возбуждения у бисексуальных мужчин. Это заставляло предположить, что бисексуальные мужчины либо преувеличивали свое субъективное возбуждение по отношению к менее предпочитаемому полу, либо подавляли генитальное возбуждение. Первое объяснение представлялось Бейли более убедительным. Статья Бейли 2005 года заканчивается двумя утверждениями: «В любом случае наши результаты позволяют считать, что мужская бисексуальность не просто сумма гетеросексуальной и гомосексуальной ориентаций, и не промежуточное звено между ними»; «Существование мужской бисексуальности еще предстоит доказать; также необходим ответ на вопрос, почему некоторые мужчины – по несексуальным причинам – предпочитают бисексуальную идентичность, а не гетеро- или гомосексуальную» [16, 582–583].

Таким образом, выводы статьи неоднозначны: было признано наличие некоторой бисексуальности у всех мужчин; было показано, что есть основания предполагать существование специфической бисексуальной ориентации, отличающейся от моносексуальных ориентаций (гетеро- и гомо-); при этом считать данные выводы доказанными авторам не представлялось возможным.

Несмотря на то что формулировки Бейли и его соавторов были в научном отношении вполне корректными, их исследование получило скандальный резонанс. В газете New York Times в июле 2005 года появилась статья научного обозревателя газеты Бенедикта Кэри «Натуралы, геи или лжецы: бисексуальность пересмотрена» [6]. Кэри заострил осторожные формулировки статьи Бейли и его соавторов [16]. Он писал: «Кого-то привлекают женщины, кого-то мужчины. Кого-то, как полагали Зигмунд Фрейд и Алфред Кинзи, а также миллионы тех, кто называют себя бисексуалами, привлекают и тот, и другой пол. Однако новое исследование [16. – C. М.] заставляет усомниться, что существует подлинная бисексуальность, по крайней мере у мужчин. <…> Исследование группы психологов из Чикаго и Торонто поддержало тех, кто издавна сохранял скептицизм относительно того, что бисексуальность – это самостоятельная и устойчивая сексуальная ориентация» [6].

Статья Б. Кэри в New York Times вызвала огромный резонанс в ЛГБТ-сообществе США, поскольку миллионы людей, имевших бисексуальную идентичность, были заподозрены в том, что они «лгут» о своей ориентации. В течение чуть ли не суток была создана рабочая группа National Gay and Lesbian Task Force, состоявшая из ЛГБТ-активистов и ученых. Они подвергли серьезной критике работу Бейли – как в отношении дизайна исследования, так и исходной гипотезы, что сексуальная ориентация у мужчин эквивалентна паттерну сексуального возбуждения. (Эта общественная и научная дискуссия детально описана в [12].)

Учтя критику, через семь лет, в 2012 году, Бейли опубликовал новое исследование (предварительное сообщение появилось раньше, в журнале «Biological Psychology»; [20]), на этот раз в «Archives of Sexual Behavior» – одном из самых авторитетных в мире специализированных журналов по сексологии [21]. Этот журнал активно включился в полемику по вопросу о специфическом паттерне сексуального возбуждения у бисексуальных мужчин. За год до новой статьи Бейли и его научного коллектива [21] в «Archives of Sexual Behavior» была опубликована статья Джерома Черни и Эрика Джанссена «Паттерны сексуального возбуждения у гомосексуальных, бисексуальных и гетеросексуальных мужчин» [7], в которой авторы, опираясь на собственное эмпирическое исследование, утверждали: «Наши данные ясно указывают на то, что бисексуальность связана со специфическим паттерном сексуального возбуждения» [7, 696].

Новое исследование Бейли уже самим названием дает понять, что предыдущие свои результаты он в значительной степени пересмотрел. Статья 2012 года в «Archives of Sexual Behavior» называется «Еще раз к вопросу о мужской бисексуальности: у некоторых бисексуальных мужчин имеются паттерны бисексуального возбуждения» («The Male Bisexuality Debate Revisited: Some Bisexual Men Have Bisexual Arousal Patterns») [21].

Это исследование отличалось от предыдущего, как минимум, в трех существенных отношениях.

Во-первых, испытуемые теперь были отобраны так, чтобы у них заранее можно было предполагать «ядерную» бисексуальность; в частности, привлекались только те, у кого был не только опыт романтических отношений с женщинами, но и сексуальная связь (sexual / romantic history). Кроме того, испытуемые тщательно тестировались по критериям сексуальной открытости (sexual openness), уровня влечения (sex drive), гендерной некомформности в детстве (childhood gender nonconformity), интернализованной гомофобии / бифобии и т.д. [21, 140–141].

Во-вторых, в отличие от первого исследования [16], и вслед за [7] в стимульный материал был добавлен еще один элемент – клип бисексуального содержания (секс между двумя мужчинами и женщиной).

И в-третьих, изменилось определение предполагаемого бисексуального паттерна генитального возбуждения. Теперь Бейли и его научный коллектив рассуждали так: «Если некоторые мужчины имеют бисексуальную ориентацию, это должно отражаться в их паттерне сексуального возбуждения относительно мужчин и женщин, или относительно мужских и женских эротических стимулов. Наиболее строгое определение бисексуального паттерна возбуждения предполагает наличие равного возбуждения по отношению к тому и другому полу <…> Менее жесткое определение бисексуального паттерна предполагает сексуальное возбуждение в ответ как на мужские, так и на женские стимулы, даже если эрекция в ответ на мужской стимул значительно больше. <…> Лучше всего определять бисексуальное возбуждение следующим образом: паттерн сексуального возбуждения у мужчин является бисексуальным, если в ответ на мужские стимулы возбуждение больше, чем у гетеросексуалов, и если в ответ на женские стимулы возбуждение больше, чем у гомосексуалов» [21, 137].

Статистический анализ данных, полученных в результате эксперимента, позволил Бейли сделать следующие выводы: бисексуальных мужчин бисексуальные стимулы возбуждают больше, чем гетеро- и гомосексуальных; у некоторых мужчин, идентифицирующих себя как бисексуалы, имеется бисексуальный паттерн генитального возбуждения, хотя остается неясность относительно распространенности такого типа мужской сексуальности. Иначе говоря, Бейли учел критику (см. [12]) и экспериментально доказал, что хотя бы некоторые мужчины-бисексуалы не «лгут», в чем их косвенно обвинила New York Times.

В еще одной, более поздней (2016) коллективной работе [4], систематизирующей современные научные представления о сексуальной ориентации в целом, Бейли дал дополнительные разъяснения по поводу серии своих исследований мужской бисексуальности. Он еще раз подчеркнул, что данные его второго исследования [21] показывают, что пока можно говорить только о том, что лишь некоторые мужчины с бисексуальной идентичностью обладают выявленным паттерном бисексуального генитального возбуждения. Но даже этот, пусть скромный, результат можно рассматривать как сильный аргумент против стереотипного мнения, что мужской бисексуальности не существует и что все мужчины-бисексуалы дают ложное представление о своей сексуальной ориентации» [4, 60–61].

Работу, проделанную Бейли и его сотрудниками, а также другими учеными, изучавшими паттерны бисексуального возбуждения, можно рассматривать, на наш взгляд, как завершение векового спора о существовании бисексуальной ориентации.

В 2006 году выдающийся немецкий сексолог Фолькмар Зигуш, описавший «неосексуальную революцию» [22], имеющую место эпоху постмодерна, выступил в газете «Frankfurter Rundschau» со статьей «В самом ли деле бисексуальность существует?» («Gibt es Bisexuelle tatsaechlich?») [23]. Он писал: «Я многие годы сомневался, что в самом деле существуют люди, которые в течение длительного времени испытывают влечение как к мужчинам, так и женщинам. <…> Сегодня я знаю, что они существуют. Для меня бисексуальность [как ориентация и идентичность. – С. М.] – это неосексуальность, то есть новая, самостоятельная форма пола и сексуальности» [23, 115]. Эпистемологические предпосылки Зигуша, несомненно, иные, нежели у Бейли и других сексологов-эмпириков, работающих в квантитативной (и эссенциалистской) сексологической парадигме. Тем знаменательнее совпадения.

 

Литература

  1. Angelides S. A History of Bisexuality. Chicago: University of Chicago Press, 2001. 296p.
  2. Angelides S. Bisexuality // Encyclopedia of sex and gender / F. Malti-Douglas (Ed.). New York: Macmillan Reference USA, 2007. Vol. 1: A–C. P. 154–156.
  3. Bailey J. M. What is Sexual Orientation and Do Women Have One? // Contemporary Perspectives on Lesbian, Gay, and Bisexual Identities / D. A. Hope (Ed.). New York, NY: Springer, 2009. P. 43–63.
  4. Bailey J. M., Vasey P. L., Diamond L. M., Breedlove S.M., Vilain E., Epprecht M. Sexual Orientation, Controversy, and Science // Psychological Science in the Public Interest. 2016. Vol. 17. No. 2. P. 45–101.
  5. Burrill K. G. Queering Bisexuality // Journal of Bisexuality. 2001. Vol. 2. No. 2–3. P. 95–105.
  6. Carey B. Straight, Gay or Lying? Bisexuality Revisited // New York Times. 2005. July 5. URL: http://www.nytimes.com/2005/07/05/health/straight-gay-or-lying-bisexuality-revisited.html.
  7. Cerny J. A., Janssen E. Patterns of Sexual Arousal in Homosexual, Bisexual, and Heterosexual Men // Archives of Sexual Behavior. 2011. Vol. 40. P. 687–697.
  8. Coleman E. Bisexuality: Challenging Our Understanding of Human Sexuality and Sexual Orientation // Sexuality and Medicine. Vol. I: Conceptual Roots / E. Shelp (Ed.). Dordrecht: D. Reidel, 1987. P. 225–242.
  9. Fox R.C. Bisexual Identities // Psychological Perspectives on Lesbian, Gay, and Bisexual Experiences / D. Garnets, D. C. Kimmel (Eds). 2th ed. New York: Columbia University Press, 2003. P. 86–129.
  10. Freund K. Laboratory method for diagnosing predominance of homo- or hetero- erotic interest in the male // Behavior Research and Therapy. 1963. Vol. 1. Iss. 1. P. 85–93.
  11. Freund K. W. Male homosexuality: An analysis of the pattern // Understanding homosexuality: Its biological and psychological bases / J. A. Loraine (Ed.). New York: Elsevier, 1974. P. 25–81.
  12. Hutchins L. Sexual prejudice: the erasure of bisexuals in academia and the media // 21st Century Sexualities. Contemporary issues in health, education, and rights / G. Herdt, C. Howe (Eds). London, New York: Routledge, 2007. P. 135–139.
  13. Kauth M.R. Sexual orientation and identity // Sex and sexuality: in 3 vol. / R. D. McAnulty, M. M. Burnette (Eds). Vol. 1: Sexuality today: trends and controversies. Westport (Connecticut), London: Praeger Publishers, 2006. P. 153–184.
  14. Kinsey A. C., Pomeroy W. B., Martin C. E. Sexual behavior in the human male. Philadelphia, PA: W. B. Saunders, 1948. 804 p.
  15. Malti-Douglas F. (Ed.) / Encyclopedia of sex and gender. New York: Macmillan Reference USA. Vol. 1–4. 1682 p.
  16. Rieger G., Chivers M. L., Bailey J. M. Sexual Arousal Patterns of Bisexual Men // Psychological Science. 2005. Vol. 16. No. 8. P. 579-584.
  17. Roof J. Sexual Orientation // Encyclopedia of sex and gender / F. Malti-Douglas (Ed.). New York: Macmillan Reference USA. 2007. Vol. 4: Q–Z, index. P. 1361–1363.
  18. Ross M.W., Paul J. P. Beyond gender: The basis of sexual attraction in bisexual men and women // Psychological Reports. 1992. Vol. 71. P. 1283–1290.
  19. Ross M.W., Daneback K., Mansson S.-A. Fluid versus fixed: A new perspective on bisexuality as a fluid sexual orientation beyond gender // Journal of Bisexuality. 2012. Vol. 12. No. 4. P. 449–460.
  20. Rosenthal A. M., Sylva D., Safron A., Bailey J. M. Sexual arousal patterns of bisexual men revisited // Biological Psychology. 2011. Vol. 88. P. 112–115.
  21. Rosenthal A. M., Sylva D., Safron A., Bailey J. M. The Male Bisexuality Debate Revisited: Some Bisexual Men Have Bisexual Arousal Patterns // Archives of Sexual Behavior. 2012. Vol. 41. P. 135–147.
  22. Sigusch V. The Neosexual Revolution // Archives of Sexual Behavior. 1998. Vol. 27. No. 4. P. 331–359.
  23. Sigusch V. Gibt es Bisexuelle tatsaechlich? // Sigusch V. Auf der Suche nach der sexuellen Freiheit. Ueber Sexualforschung und Politik. Frankfurt am Main: Campus Verlag, 2011. S. 112–115.
  24. Waites M. Critique of ‘sexual orientation’ and ‘gender identity’ in human rights discourse: global queer politics beyond the Yogyakarta Principles // Contemporary Politics. 2009. Vol. 15. No. 1, March. P. 137–156.

 

[1] Статья опубликована в журнале Российского научного сексологического общества «Мир сексологии» (2018, №14).